Ольга Арефьева:
Я против забивания гвоздей

...Расстегни свои рёбра, там птица томится,
Бьётся, встретиться хочет с моей.
Мы на плоть нанесли свои белые лица
И считаем - так Богу видней.

Ее называют одной из самых загадочных героинь отечественной рок-сцены. Певица и поэт Ольга Арефьева рассказала журналу "Стиль" о том, почему ум иногда полезно отключать, как найти свои отрезанные части и можно ли уйти от судьбы...

СТИЛЬ: Ольга, обычно вы выступаете в концертных залах. Насколько вам сегодня комфортно на сцене кабаре-кафе "Бродячей собаки"? Ведь это совсем другой формат.
ОЛЬГА АРЕФЬЕВА: Мы как раз сегодня долго разговаривали на эту тему с Юрой, владельцем "Бродячей собаки" и, конечно, горячо согласны в том, что это не самое лучшее место для моих выступлений. Мне здесь безумно тяжело и тесно, а также неудобно музыкантам и зрителям. Но в Новосибирске больше не находится подходящего зала: где проблема с аппаратурой, где - со светом, где - с акустикой, где - с хозяевами зала и т.д. Но, когда стоит вопрос: вообще не ехать в Новосибирск или ехать на таких условиях, вздыхаешь и соглашаешься. Тем более, Юра - человек, с которым у нас очень теплые дружеские отношения, душа в душу. Есть еще несколько людей, определяющих для меня атмосферу города, я еду к ним с радостью.
И все же, несмотря на неудобства, билетов на ваш концерт уже за две недели не было в продаже.
Значит, кому-то не хватило. Конечно, для меня лучше, когда билеты в три раза дешевле, а слушателей в три раза больше.
Ольга, название вашей группы имеет несколько воплощений: "Акустик-Ковчег", "Блюз-ковчег", "Рояль-Ковчег", "Регги-Ковчег"... Почему?
Наши разные программы - это как разные спектакли, но театр-то один.
Раз заговорили о спектакле, расскажите о вашем театре "Kalimba".
Главным потрясением на этом пути для меня стала встреча с театром "Derevo". Хотя уже до этого я долго занималась движением и вела свой тренинг "Человеческая комедия".
На что направлен этот тренинг?
Моя работа - это сцена, поэтому мне интересно все, что так или иначе связано с ней: музыка, ритм, тело и движение, работа с пространством, вниманием зрителя, работа со своими состояниями, исследование принципов импровизации, творческого потока. Для меня тренинг - возможность формулировать какие-то вещи, понимать их в том числе в себе. И через общение, упражнения, обсуждения передавать их другим. Я не очень навязываю свои мнения - мы вырабатываем понимание многих тем через практику. Я просто задаю направление и каждого приглашаю смотреть самому, делать наблюдения, выводы, обсуждать учебные соло и перфомансы. Если это человека заинтересует, он будет сам развиваться, двигаться по своей траектории. Я никогда не относилась к этому, как к работе, для меня это праздник и радость. Хотя сейчас я веду тренинг не часто, поскольку, во-первых, не остается времени, а во-вторых, каждый раз нужно решать организационные вопросы.
Ольга, как вы пришли к тому языку танца, которым сопровождаются ваши выступления?
Я достаточно поздно стала танцевать, вообще-то этим лучше заниматься с детства. Балерины в 35 лет уже на пенсию уходят, а я начала танцевать в 30. Хотя в юности я все-таки не один год вела аэробику, занималась пантомимой. А когда появилась возможность, я на много лет погрузилась в разные виды движения: от фламенко до ирландской чечетки. Занималась контактной импровизацией, айкидо, сontemporary, джаз-модерном, русскими народными танцами, классикой, йогой, жонглированием разными снарядами - шариками, поями, шестом... В итоге, поняла, что каждый, кто занимается определенным видом танца, находится в своей клетке, в которой свои строгие, но сугубо внутренние правила. А самые интересные вещи происходят на стыке жанров, когда ты синтезируешь разные виды движения и разную, порой противоречивую, информацию. Кстати, это очень развивает мозг, а иногда и взрывает его.
В одном из интервью вы сказали, что везде учат танцу, но нигде - безумию. Что вы имели в виду?
Каждого из нас, начиная с раннего детства, определенным образом форматируют. Родись мы в другой культуре, у нас были бы другие представления о том, что такое прилично-неприлично, красиво-некрасиво, хорошо-плохо, можно-нельзя. В какой-то степени такое программирование нужно для того, чтобы люди стали друг для друга менее опасны и могли как-то общаться. Но под этим знаменем людей с детства просто уродуют, отрезая им целые области свободы, возможностей проявления себя, творческих способностей. Как на птицефабрике курам подрезают крылья, когти, клюв. Эти операции делают нас серыми, удобными и послушными. Но за право быть цивилизованным человеком у нас отняли нечто очень важное, и не факт, что плохое или ненужное. Считается, что если мы сделаем шаг в запретное, то рискуем стать безумцами. Это потому, что там таится непредсказуемость и свобода. Но это должно быть контролируемое путешествие. Все наши стереотипы надо подвергнуть проверке и переоценке - они правда зачем-то нужны? Или просто кому-то выгодны, кто вовсе не желает нам счастья? Мне кажется, в человека заложено стремление в течение жизни познакомиться с истинным собой. Это путешествие можно назвать не безумием, а не-умом. Потому, что навязанные нам стереотипы выполняют функцию полицейского, главная цель которого - "держать и не пущать". А вдруг этого вахтера поставил кто-то сам выживший из ума?
Вы находите свои отрезанные части?
Конечно, в этом и интерес. Тем самым увеличиваешь свою цельность, энергию и становишься более независимым от мира.
Еще вы как-то сказали, что не любите халявщиков, тянущих чужую энергию.
Наверно, их никто не любит, таких нехороших (смеется). Люди часто пытаются есть друг друга, вместо того, чтобы найти энергию вовне, в природе. Этот порочный путь делает отношения патологичными. Я здесь не теоретик, просто жизненные наблюдения.
Ольга, расскажите, какой вы были в детстве, о чем мечтали?
Радостным ребеночком с наивными глазками и голубыми бантиками я никогда не была. Это был очень тяжелый, неприятный период глубочайшего непонимания, нехватки энергии и информации. Мне казалась, что я живу в какой-то тюрьме, что мне чего-то важного сильно не хватает. Я чувствовала какое-то призвание, только не знала, какими словами это выразить. В результате я была угрюмой, замкнутой и куда менее веселой, чем сейчас. Сегодня я нашла своих друзей, свое занятие и свой мир. Тогда у меня ничего этого не было. Система была не рассчитана на таких, как я. В Японии есть выражение "политика забивания гвоздей" - когда человек торчит, его забивают. На фирме все должны выглядеть одинаково, кланяться под одним углом, строго соблюдать иерархию и петь корпоративный гимн.
У нас тоже есть выражение "стричь под одну гребенку".
Да, и меня постоянно пытались засунуть в чужую модель. В ней конечно была какая-то имперская красота: линейки, портреты Политбюро, маршировка строем, распекания за непринесенную сменную обувь, очереди, сочинения о "Малой Земле". И дальше система расписана до старости. Но мое ли это? При этом я все детство в Салде созерцала жутких пьяных мужиков, ползущих и мычащих. Они не вписывались в абстрактную счастливую модель. И не думаю, что от большой радости и хорошей жизни пили.
Была там и интеллигенция. Мои родители - инженеры, приехали в Салду по распределению, у мамы была золотая медаль и красный диплом.
Они вас и отправили на физический факультет?
Конечно, они хотели, чтобы я продолжала их путь, хотели предсказуемости и стабильности, их можно понять. Просто они не знали, что у меня другая судьба. А она у меня действительно была, и достаточно жестко меня направляла.
И как родители отнеслись к тому, что вы ушли после второго курса из университета?
Без особой радости. Но к этому времени я с ними уже много раз поговорила, и они поняли, что со мной не совладать. В музучилище уже я сразу успокоилась и повеселела. Кстати, там как раз учились многие музыканты Свердловского рок-клуба.
В момент своего творческого становления у вас были какие-то ориентиры?
Мне хотелось чего-то эдакого - музыкального, яркого и великого. Но тогда не было особого доступа к большой информации. В принципе, поэтому обошлось без кумиров и подражаний.
Вам не кажется, что сегодня у нас все талантливое и андеграундное априори не может быть коммерческим?
Я недавно думала на эту тему и для себя сформулировала такой признак: как только ты начинаешь делать только ради денег то, чего не хочешь, так это сразу попса и коммерция, сразу фальшак. Играть надо, исходя из своего творческого интереса, а деньги должны образовываться просто по ходу, потому что честно работаешь. Не дано музыкантом быть - ну плотничай, или еще что-то. А на досуге играй, и будет хорошо тебе и друзьям. Музыка по стилю и уровню может быть какой угодно. Вообще, делить жанры - дело неблагодарное. Есть люди, которые совершенно искренне могут мыслить двумя прихлопами - тремя притопами, есть графоманы, есть циничные профессионалы. Но если человек поет-играет потому, что ему нравится, это получается как минимум не отвратительным, как ни странно. Пока это часть твоего пути - ты гармоничная часть мира. Отвратительность рождается во лжи. Делать из-за денег то, что ненавидишь, грешно. И неспроста поп-исполнители прыгают из окна.
Интернет, на ваш взгляд, облегчает жизнь человека?
Интернет делает восприятие мозаичным. Человек меньше ценит ту информацию, которую получает, меньше концентрируется, меньше времени уделяет созерцанию предметов искусства, многие из которых требуют времени и сосредоточенности. Например, чтобы послушать симфонию, нужно убрать все эти ку-ку! (звуки ICQ), превед, чмоке и т.д. Сейчас у людей на это все меньше душевных сил. Все пересылают друг другу смайлики и котиков. Почитать Ницше или послушать Вагнера - это уже непосильная задача.
Вас иногда называют девушкой с волей Жанны д,Арк. Вы сами себя как-то ассоциируете с Орлеанской девой?
По большому счету, нет, я не строю себя с этого образа. В какие-то поэтические моменты такой образ мог прозвучать. Но я не склонна к подвигу до такой степени. Жизнь я, скорее, воспринимаю как ежедневную работу, которая просто должна быть честной и интересной.
Возможно, уже в этом сегодня есть подвиг.
Это не разрушение и не прорыв ценою жизни. Когда ты делаешь то, что тебе нравится - ты удовлетворенный жизнью человек. Может, кто-то и считает подвигом, но для меня это норма. Просто задаю себе вопрос: а я действительно хочу или нет? И если хочу - тогда не считаю выгоды и затраты. В результате могу сказать, что по большому счету все мои занятия пошли мне на пользу.
У вас есть большая мечта, которая возглавляет все маленькие?
Мне бы очень хотелось, чтобы человечество перешло на другой эволюционный уровень.

Анастасия Михайлова