Ольга Арефьева и Пётр Акимов
в программе "Взрослые песни" на "Муз-ТВ"
18 декабря 2000 года

Ведущий Дмитрий Широков

Пётр: - Враньё!

Широков: - Значит Александр, директор группы "Ковчег", был неправ.

Ольга, Пётр: - Здравствуйте!

Широков: - Сначала был "Блюз-Ковчег", "Реггей-Ковчег", если я всё правильно помню ещё по кассете.

Ольга: - Нет, сначала был просто "Ковчег". Потом тоже стал просто "Ковчег".

Широков: - Ну, просто через разные перетурбации...

Ольга: - Реинкарнации.

Широков: - Или реинкарнации. Сегодня, насколько я понимаю, мы будем представлять программу, которую вы с Петром играете последнее время на концертах, то есть...

Ольга: - Да, можно сказать, это новое.

Пётр: - Хорошо забыто старое.

Ольга: - Хотя в ней нам удалось, как выразился Петя, второй раз войти в ту же воду. Вот это состояние - оно нас буквально поразило, потому что мы уже, можно сказать, не надеялись, что мы до этого доживём во второй раз. Когда мы с ним познакомились, какое-то мистическое нечто нас совершенно явно курировало. Ощущение общего драйва, трепета и такое чувство, что мы что-то делаем необычайное на этой земле - оно нас не оставляло. Но по ряду там каких-то достаточно вражеских обстоятельств, в тот момент наш полёт оборвался, обломился. И я очень по этому поводу переживала и, можно сказать, смирилась с потерей, хотя с ней невозможно смириться. Но мне уже плохо верилось, что это когда-то вернётся. Прошли годы, мы поумнели, и попытались всё это повторить. Можешь себе представить, с какой дрожью, с каким страхом мы с Петей брались за это тяжёлое дело, но оказалось, что "иго мое благо и бремя мое легко". У нас вдруг пошло, и мы пережили те же самые чувства.

Широков: - Давайте начинать петь, дабы и наши телезрители...Что это будет?

Ольга: - Песни частично мы поём и старые, немножечко их добавляем, но в принципе в основном новые. Они родились для этого проекта.

Звучит песня Перекрёстки

Широков: - В этот момент, уважаемые друзья, когда Ольга со товарищами заканчивает песню, зал взрывается. Видел сам, лично.

Ольга: - Всё взрывается, никто не остаётся в живых. Извините, шутка.

Широков: - Ольга, когда вы выступаете где-либо в таком виде, то есть ты и Пётр, как вы называетесь, что написано на афишах?

Ольга: - Сейчас написано "Ольга Арефьева и Пётр Акимов".

В принципе, программу мы назвали "Соло на теле виолы". Есть такая песенка.

Широков: - Ясное дело. Теперь понятно, о какой программе идёт речь, если мы увидим афиши. Что будет следующим?

Ольга: - Это песня очень старая, хотя я её никогда не пела. Недавно только мы её вытащили.

Звучит песня Элегия

Широков: - Ольга, немного расскажи о Петре, потому что всё, что я сказал, касается работы с "Ковчегом" и с тобой лично. Расскажи, что Пётр делает в Питере, потому что, насколько я знаю, он играет с достаточно большим количеством музыкантов, с разными группами...

Ольга: - Пётр, что ты делаешь в Питере?

Пётр: - Да чего я только не делаю... Нет, ну расскажи, тебя спросили.

Ольга: - Если я, да... если я все вспомню... Первый проект - наш с ним - всё равно московский. В Питере он играет с Силей. Вот, это его проект номер два. Значит, ещё в Москве он играет с Дмитрием Кантором. А в Питере с кем ты сейчас играешь?

Пётр: - "Черёмуха".

Ольга: - "Черёмуха"? Это я не знаю.

Пётр: - Узнаешь. Скоро все узнают.

Ольга: - Ой.

Пётр: - Это акустический панк.

Ольга: - Вот это да! Вообще очень долго можно перечислять проекты, в которых Петя играл, включая "Аквариум", "Наутилус", "Колибри". Но самое интересное, что у Петра назревает сольный проект! И никто ещё не знает, что это, кроме меня (смеётся). Я тоже почти не знаю, но одну вещь он мне сегодня сыграл. Потрясающе!

Широков: - Продолжаются "Взрослые песни". Сразу для всех наших телезрителей, которые интересуются обычно, сколько-сколько компактных дисков выпустил артист, расскажем, что компактных дисков выпущено шесть.

Ольга: - Всего. Скажи: "Шесть экземпляров".

Широков: - Нет, насколько я понимаю, аудиокассет ещё больше. То есть были некоторые программы, которые издавались только на аудиокассетах.

Ольга: - Ну, если это можно так назвать изданием, но что-то было. Потом, пираты ещё постарались: они такое издавали, что мне и в голову бы не пришло.

Широков: - Когда пираты стараются, это значит, что есть спрос.

Ольга: - Нами торгуют (смеётся), значит мы нужны людям (смеётся).

Широков: - Ха-ха-ха. Некоторый показатель. Итак, альбомы называются следующим образом, но времени выхода, если я всё правильно помню... Если я буду путаться, поправляйте. "Батакакумба" - первый, потом "Девочка-скерцо", потом "Сторона От", потом "Божия коровка", потом... в общем, "Регги левой ноги" последний и был ещё альбом... я забыл...

Ольга: - Ну, приз в студию несём или нет? За энциклопедические познания.

Широков: - Не несём, потому что забыл.

Ольга: - Не несём. Что-то с бабочкой, помнишь, связано на обложке. Альбом назывался "Колокольчики".

Широков: - Альбом назывался "Колокольчики".

Ольга: - Дима, всё равно приз в студию несём потом!

Широков: - Договорились.

Ольга: - Дима, ты меня поражаешь своими знаниями. Я сама свои альбомы не могу перечислить. Вот меня разбуди ночью и скажи: "Перечисли свои альбомы". Я скажу: "Ах, не знаю, Диму Широкова спросите, он всё знает"!

Широков: - Всё очень просто. У меня на полочке (изображает полочку) - у меня на полочке стоит, значит, сначала Ольга Арефьева - все альбомы...

Ольга: - Ах!

Широков: - ... потом Умка - все альбомы, потом стоит Башлачёв - все альбомы...

Ольга: - А потом стоит Алла Пугачёва - все альбомы!

Широков: - Алла Борисовна Пугачёва тоже стоит. Чуть справа.

Ольга: - Чуть справа. Ну а мы - мы левое крыло. Детская болезнь левизны в эстрадной музыке.

Широков: - Да, вы отдельное крыло, только про эстрадную музыку я бы не стал сейчас ничего упоминать, всё-таки...

Ольга: - Ты знаешь, я сейчас сделала вывод, что это - эстрадная музыка

Широков: - То есть - ты?

Ольга: - Я долго думала, меня пытали так и эдак, что вы там - бардовская песня, или, как это там, - фолк, или это этно-диско-техно, поп, реггей, или это (что там ещё бывает?) - рок.

Широков: - Рок, да. Рок-энд-роль.

Ольга: - Рок-энд-роль. Оказывается, это эстрада.

Широков: - Ты знаешь, на самом деле мы для программы "Взрослые песни" никогда не определяем жанр, в котором работает артист. Мы говорим - просто поэт, поющий свои песни, и всё.

Ольга: - Между прочим, взрослые песни, в основном, у меня, где-то в чём-то детские.

Широков: - Ну, не уверен я.

Ольга: - Вот вообще да. Дети должны быть продвинутые, чтобы... Сейчас мы сыграем, да, такую песенку... "Себя из меня" называется.

Широков: - Это новая программа?

Ольга: - Это новая песня, а программа-то у нас одна.

Звучит песня Себя из меня

Широков: - Ха-ха-ха! Вы выступаете на каких площадках с Петром? Это большие площадки или достаточно камерные концерты и акустическая программа?

Пётр: - Стадион. На стадионах.

Ольга: - Ха-ха-ха!

Широков: - Стадион "Торпедо".

Пётр: - Да.

Широков: - Серьёзно? Стадион "Торпедо" без скамеек.

Ольга: - Да, мы чувствуем в себе силы. Вот единственное, что лишь бы зрителям нас было видно. Как у Борхеса есть классификация собак: собаки делятся на принадлежащих Императору, разбивших фарфоровую чашку и издали похожих на мух. Вот единственное, что нас останавливает от стадионов.

Широков: - Бинокль и подзорные трубы.

Ольга: - Но наш любимый зал - это Центральный Дом Художника. Он подходит нам по атмосфере, по всему, и, кстати, там у нас будет концерт. Спроси, когда.

Широков: - Насколько я знаю, это будет в субботу, 22-го.

Ольга: - Приз из студии уносим! Концерт будет в этот четверг, не далее, как вот уже через, сколько там, два-три дня.

Пётр: - Этот сегодня... А какой сегодня день?

Ольга: - Понедельник.

Широков: - Это, стало быть, у меня...

Ольга: - А в каком городе?

Широков: - В Москве. Это просто у меня календарь сломался.

Ольга: - Мы находимся во всех городах, где ваше телевидение показывает... Значит, в четверг мы с Петром Акимовым будем специально для вас играть...

Пётр: - Во всех городах, где вы находитесь, приходите специально в Центральный Дом Художника.

Ольга: - Находите его, мы там обязательно будем.

Широков: - Ясно, число это...

Ольга: - И там будет стадион в этот момент.

Широков: (торопливо) - Итак, продолжаются "Взрослые песни". Уважаемые друзья (Пётр быстро убирает виолончель с колен, которую он держал, как гитару, Широков, Ольга и Пётр смеются), выяснили мы, что действительно, в четверг ребята представляют свою новую программу.

Ольга: - Мы будем устраивать полный...

Широков: - Поправил я...

Ольга: - Полное безумие.

Широков: - Поправил я свой календарик. Просто все перемешалось в голове.

Давайте дальше продолжать петь, прежде чем буду задавать вопросы, умные и другие.

Ольга: - А давай сначала вопросы, а потом петь.

Широков: - Вопрос такой: когда я в первый раз слушал кассеты с твоими записями, они меня поразили текстами. Я их слушал раз за разом, раз за разом, и, в общем, пласты там вырисовывались. И всё прочее.

Ольга: - Иногда даже такое находят, что поэт и в виду не имел. Ты не находил?

Широков: - На самом деле это так, потому что поэт же пишет не то, что он сам хочет или что-то такое, он же просто является проводником, если я все правильно понимаю.

Ольга: - Как ты все здорово знаешь.

Широков, Ольга: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Всё верно.

Широков: - Я просто хотел тебя давно спросить на тему: есть ли поэты, творения которых у тебя бы стояли на полочке, ну, где-нибудь, знаешь, ну, книга, которая рядом?

Ольга: - Вот знаешь, ты будешь смеяться...

Широков: - То есть, чукча не писатель, не читатель...

Ольга: - У меня появился любимый поэт, просто мой брат по разуму. Я даже хотела ему написать письмо. Вот, буквально недавно я его книгу прочитала и потянулась за ручкой. Вот не написала в тот момент, а через два месяца я узнала, что он умер. Умер, правда, в таком хорошем возрасте, ему было восемьдесят с чем-то. Это был Борис Заходер. Больше всего мне нравятся его детские стихи: "Жила была собачка, везде свой нос совачка", например.
И ещё С.Я.Маршак. В детстве я так его книжку любила, что порвала всю. Книга была зачитана до смерти. Если мне книга нравится, на ней не остаётся живого места. Я её всю исписываю; подчёркиваю то, что мне нравится, так долго вожу её с собой, что от книжки остаются рожки да ножки. Значит мне очень понравилось.

Широков: - Правильно, абсолютно правильно. У меня к книгам отношение точно такое же: моя книга, хочу - подчёркиваю.

Ольга: - Так вот я поняла, что мне нравятся детские стихи. Больше всего.

Широков: - Почему бы и нет? Оставайтесь детьми.

Ольга: - Вот поём взрослые песни, тем не менее. Ты сам понимаешь, мы только прикидываемся.

Широков: - Понимаю. Что поём дальше?

Звучит песня Не в такт

Широков: - Кто является автором стихотворения и музыки?

Пётр: - Я!!!

Ольга: - Народ, русский народ

Широков: - Нет, ну серьёзно: всё пишешь ты или Пётр помогает не только аранжировками?

Ольга, Пётр: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Он за это дело не несёт никакой ответственности. Вали всё на маму. Ха-ха-ха!

Широков: - Во всём виновата Ольга.

Ольга: - Во всём виновата Ольга Арефьева, да.

Широков: - Чтобы успеть спеть песню следующую, надо начинать уже!

Ольга: - Ой, для того, чтобы звучала эта кассета - надо быстро вертеться в гробу!

Звучит песня Храм протеина

Широков: - Ха-ха-ха. И вновь овации, и вновь. Есть у вас в планах записать вот эту программу в какую-нибудь...

Ольга: - с симфоническим оркестром. Только лондонским.

Широков: - Ну, нет. На какую-нибудь большую бобину и потом издать.

Ольга: - На большую виниловую пластинку.

Широков: - И потом издать на пластинках.

Ольга: - Я думаю, что в студии мы просто это не воспроизведём. Нам нужны зрители.

Широков: - Нет, у вас же есть шикарные, шикарные концертные издания!

Ольга: - Вот, я думаю, этим и кончится. Мы соберем концертные записи, как только их соберётся несколько, сравним, выберем лучшую, и, если Джа будет не против, у нас всё получится.

Широков: - То есть работа ведётся, и, например, концерт будет в четверг, там тоже будет записываться...

Ольга: - Чем мне нравятся концертные записи: работу вести абсолютно необязательно, нет. Ты поёшь, ведёшь концерт.

Широков: - Не, я имею в виду: это не вам надо работать.

Ольга: - Работать будет человек, который за всё это отвечает. Я имею в виду, что всё это всё равно записывается, и, в принципе, есть надежда. Да, мы записываем, и я думаю, что именно в концертном виде мы это и выпустим, если получится.

Широков: Берём обратно гитару, продолжаются "Взрослые песни". Ольга Арефьева и Пётр Акимов сегодня у нас в гостях и это очень, очень радует.

Ольга: - "Взрослые песни о детском", как мы это назовём.

Широков: - Взрослые песни о главном и о детском, ну, мудрецы, все как один, все, все религии.

Ольга: - Слушай, Дима, я придумала: в следующий заход я прочитаю тебе детское своё стихотворение. Я ведь тоже начинающий детский поэт, ты знаешь об этом?

Широков: - Нет.

Ольга: - Ведь все любят делать не то, что у них получается. Я собираюсь выпустить детскую книжку.

Широков: - Это не всё ли Бориса Заходера, я надеюсь?

Ольга: - Ты знаешь, я вначале всё написала, а потом прочитала Заходера, ну, мы с ним родственные души, тем более, что он перевёл Винни-Пуха! Этому человеку памятник надо поставить уже за Винни-Пуха за одного, а он ещё столько стихов отличных написал.

Я, конечно, не Заходер и даже не ... ну ладно, не буду говорить, не Винни-Пух. Я только на Винни-Пушкина тяну.

Широков: - Поэту самый лучший памятник - это книга.

Ольга: - Поэтом можешь ты не быть, а Винни-Пухом быть обязан.

Широков: - Винни-Пухом и Пятачком в одном лице. Ты не планируешь издать свои тексты в виде стихотворений?

Ольга: - Ну, в интернете они стоят.

Широков: - Ну, интернет - это такая...

Ольга: - Правда, не в виде стихотворений. Там стоят тексты и аккорды, чтобы таланты могли пестоваться, взращиваться на материале творчества прежних поколений.

Широков: - Ха-ха-ха. Это просто учебник.

Ольга: - Там, по-моему, около 150 песен.

Широков: - Учебник по литературе для 6-го класса просто-напросто.

Ольга: - А издать это на бумажке - дело техники. Но меня пока не тянет, потому что мне интереснее стихи издать. Многие мои тексты издавались как стихи, и, если ты не знаешь, я даже совершенно внезапно получила литературную премию. Журнал "Знамя" напечатал мои стихи, из которых половина была песнями. И мне дали за это литературную премию. Притом заметь, они не знали, что эти песни войдут в ту программу, которую мы сейчас с Петей играем.

Широков: - Но откуда же они узнали?

Ольга: - Петя, а ты не знаешь?

Пётр: - Не-а.

Ольга: - Вот представь себе...

Широков: - Поподробнее об интернете. Как найти?

Ольга: - А найти, значит, очень просто: ark,- простое трёхбуквенное невинное словосочетание. Обозначает "Ковчег". Если забыли, слазьте в англо-русский словарь и посмотрите ковчег - это ark. У нас очень здорово называется сайт и там чего только нет.

Широков: - То есть там есть тексты, есть биографии, есть фотографии.

Ольга: - Этим пользуются пираты. Значит вот когда они штампуют диски "Вся Арефьева в mp3", они у нас на сайте дерут фотографии. Сайтом в общем, все кому не лень пользуются. Хотя, конечно, он в общем сделан для нормальных людей...

Пётр: - Там новости.

Широков: - Анонсы концертов.

Ольга: - Письма есть, статьи есть. Я иногда даже чего-то пишу.

Широков: - Отвечаешь.

Ольга: - На письма я отвечаю обязательно, но не публично, а лично. Какие-то наиболее интересные письма там выставлены ещё и в виде подборочки.

Широков: - Но ведь почти наверняка присылаются, наверное, и тексты. Я не знаю, могут и присылать песни.

Ольга: - Мне?

Широков: - Да.

Ольга: - Да, присылают.

Широков: - Ты как-нибудь, какое-нибудь внимание на это дело обращаешь?

Ольга: - Это моральная проблема, довольно мучительная, потому что мало хорошего присылают. А человека обижать нельзя. А я врать не умею - и вот начинаю мучиться: как бы так вот не убить насмерть. Я там говорю: "Я не критик, знаете, я не понимаю... ". Ну, в общем, ни одной строчки мне не понравилось. Так что лучше не присылать мне, если вы не гений, а если гений, то и без меня совершенно прекрасно обойдётесь, без моего сугубо частного мнения.

Широков: - А вот без чего мы сейчас не обойдёмся, так это без вашей песни.

Ольга: - Хорошо. А вот сейчас песня из нашего золотого периода 1992 года, когда мы с Петей только встретились и образовали "Акустик - Ковчег".

Звучит песня Будем Были

Широков: - Одна из уже пожилых песен "Ковчега".

Ольга: - Посвящается Борису Заходеру.

Широков: - Ну, естественно. Вопрос такой: в Москве, понятно, вас можно время от времени видеть, а бываете ли вы в других городах?

Ольга: - Вот я сейчас собираюсь поехать в январе в Питер.

Пётр: - Ко мне в гости.

Ольга: - К Пете в гости. И мы там выступим, я знаю, что в Лектории Зоопарка, а до этого мы там были пару раз в Театре Эстрады. Вот зовут нас в Израиль. Мы уже съездили с группой "Ковчег" в Израиль, только что приехали и совершенно без головы. Совершенно была неописуемая поездка, но я уже её почти описала. В прозе. Вот. И теперь нас зовут с Петей. Где ещё? В Кишинёв мы ездили, в Минск. Вот сейчас стали проявлять активность столицы бывших союзных республик. И Израиль, я думаю, тоже практически - одна из союзных республик. Там 1/6 часть русских, так что вот его мы тоже практически присоединили к нашей стране.

Широков: - Итак, давайте продолжать петь, чтобы успеть, чтобы показать как можно больше песен.

Звучит песня Она сделала шаг

Широков: - Продолжается программа, которая называется "Взрослые песни". Это "Муз-ТВ". В гостях у нас Ольга Арефьева и Пётр Акимов, и Ольга уже пообещала стихотворение.

Оль, проясни ситуацию: песенное творчество, оставаясь таким широким руслом в... В общем, песенное творчество - это вот одна большая река, к которой начинают присоединяться...

Ольга: - Сильно трактуешь.

Широков: - ...к которой начинают присоединяться ручейки прозы и просто поэзии? Или ты это делала и раньше, просто никому ничего не говорила.

Ольга: - Нет, я говорила, только никто в это не верил.

Широков: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Но чтобы набралось хотя бы на тоненькую книжечку, надо энное количество стихов... Вот сейчас оно набралось, и я вот ищу, кто бы мне это иллюстрировал, потому что надо нарисовать всяких смешных собак, кошек, плохих мальчиков и хороших девочек.

Пётр: - Детские...

Широков: - Ну, конечно, а то без иллюстраций никак.

Ольга: - А я прочитаю совсем коротенькую штучку по просьбам трудящихся.

Широков: - По просьбам.

Ольга: - Главное, вдвойне по просьбам. У этой сказки была только первая часть, я приписала к ней вторую, потому что мне сказали, что дети будут плакать.

Широков: - Потому что кончается всё плохо?

Ольга: - ... я решила, чтобы они не плакали. Первая часть такая: (грустно)

Оторвались ниточки,
На которых ушки.
У мишутки плюшевого
Маленькая душка.
Оторвались ниточки,
На которых глазки.
Так вот и закончилась
Плюшевая сказка.

...Ой, ужасное случилось что-то!
А где же жизнеутверждающая нота?!!

(радостно):

Привязались ниточки,
На которых ушки!
Возвратилась к мишеньке
Плюшевая душка!
Привязались ниточки,
На которых глазки!
Хорошо закончилась
Плюшевая сказка!

Широков: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Вот, не буду занимать ваше внимание, чтец я ещё тот. Читать и писать одновременно умел только Гай Юлий Цезарь.

Широков: - Но только он не умел петь и сочинять такие замечательные песни. Что будет дальше?

Ольга (Петру): - Что будет дальше? А, "Алкоголик". Музыка, кстати, в этой песне не моя. Её написал Игорь Абдулин.

Звучит песня Алкоголик

Ольга (Петру): - Как мы стройно-то. Это просто супер.

Широков: - Для вас есть в смене тысячелетий, столетий какой-то смысл, или вы во все эти цифры не очень?

Ольга: - Ой, какой вопрос-то сложный. Петь, может ты знаешь?

Пётр: - Я не... я знаю ... я не очень.

Широков: - То есть миллениум, да ну и Бог с ним. Никакого давления со стороны смены веков.

Пётр: - Когда я был маленьким, я думал: "Ёхарный бабай, ты представляешь, тысячелетие изменится, буду жить в следующем веке, в следующем тысячелетии"! А сейчас как-то не ощущается.

Ольга: - Все великие вещи очень буднично происходят, сам не замечаешь.

Пётр: - И незаметно.

Ольга: - Как рождаешься, как умираешь. Вот всё остальное имеет значение: кто что сказал, кто как посмотрел, там что ты надел, как ноги промочил. А вот родился, умер, - не заметил. Век сменился.

Широков: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Вот песню спел, думаешь: "Что-то инструменты плохо настроены, наверное, зрители подумают что-нибудь".

Широков: - Ха-ха-ха!

Ольга: - Тут на самом деле свет от фонарей - температура меняется.

Широков: - Струны, конечно, не выдерживают.

Ольга: - Струны не выдерживают.

Широков: - Начинают плавиться. Чем вы закончите сегодняшний концерт?

Звучит песня Нимфетка

Широков: - И вот просто-напросто гром аплодисментов!

Ольга: - Ложись, отбой.

Широков: - Гром бурных, бурных, и прочих аплодисментов!

Я в шоке нахожусь уже минут эдак ...

Ольга: - Это, видимо, вредно много...

Широков: - ... минут 60-69, по одной простой причине...

Ольга: - Ты думал, я серьёзная, да?

Широков: - Я бывал на концертах, но просто сегодня другой очередной гранью засверкал талант.

Пётр: - Как прав!

Широков: - Вот, и если настолько наши телезрители подумали то же самое, я просто-напросто счастлив!

Ольга: - Говори-говори!

Широков: - Этих двоих, двух хулиганских гениев, слушайте в четверг, в Москве.

Звучит песня Засада

Широков: - Всё, уважаемые друзья. Не надо ждать от людей, которые являются проводниками всего и вся, никакой серьёзности. Говорят они притчами. А я скажу только, что очень рад, что вы у нас побывали.

Ольга: - Дима, спасибо тебе.

Широков: - Вам спасибо огромное.

Ольга: - Было очень приятно с тобой встретиться.

Широков: - Спасибо и ещё раз спасибо. Пока.

Расшифровано Аней и Таней Вуколовыми